Filled Under: проза жизни

проза жизни

ЗОВ  НЕБЕС

Помню как-то, ещё в детские беззаботные времена, меня поразила своею глубиной небесная синь. Небо манило, разрывало мозг звоном: «Иди, иди сюда!». Ах, какие облака! Они безупречным перламутром притягивали, обещая Царство Небесное: «Оторвись от земного! Иди сюда!». И металась Душа, билась о склеп плоти, рвалась туда – в небо, к облакам: «Боже, не отринь!». Вот теперь бы, разом оборвать земную никчемность: «Господи, сохрани!»…

СНЫ

Меня мучают сны, сны из прошлого, сны из моего детства. Боже мой! Ну, почему люди взрослеют? Зачем улетают дни – дни счастливой беззаботности? По чьей злой воле отбирается единственное счастье у человека  – ничем не заменимое, истинное счастье – счастье быть любимым ребёнком?

ТОСКА

Вечен безотчётный страх за близких своих, за свою сиротливую судьбу. Что я есть? Одна – одинёшенька, былинка на скошенном лугу. Зачем жива, зачем не пала под смертоносным лезвием, отчего не сгинула враз с сородичами моими? Небывалая, дикая тоска разрывает существо моё, рвётся душа на волю в беспредельном стремлении обрести родственные души.

ВЕЛИКОЕ  В  МАЛОМ

Смотрю. Смотрю  не отрываясь. Смотрю,  наслаждаясь созерцанием. Я смотрю на диковинную раковину, и она всё более притягивает взор мой пустотой своего лабиринта. Я пытаюсь вспомнить – когда и где она добыта, но мои воспоминания тонут в бесконечном шуме волн, хранимом вечно этой маленькой частицей необъятного океана.

ИЗ  ЖИЗНИ  ВОРОНА

-Не каждый день случается нам — во’ронам попировать на славу. А тут как то, летим стаей, жрать охота, да нет на горизонте ничего приметного. Тоска, да и только! Летим… И вдруг, услышал нас Дух крылатый! Прям под нами — поле, усыпанное телами. Знать людишки опять чего то не поделили, спешили к своим праотцам, видно. А нам — хорошо! А нам — пир!
Команды никто не ждал, в момент вся стая оказалась на земле. И каждому во’рону достался сытный ужин. Нет, не только ужин! Тут нам на долго хватит пищи. Останемся, попируем от души!
-Э-эх, люди, и что ж вам мирно не живётся то…

СКОРБИМ

Скорбим… Страшно и обидно терять любимых близких людей. Страшно, что нельзя ничего исправить. Обидно, что оставили тебя без их тепла и участия. К великому сожалению так устроена жизнь… А, может быть, мы просто не знаем как устроена смерть и поэтому считаем её концом всего? Эти понятия столь важны, что должны быть равны по сути своей. Возможно, когда кто то рождается, то там — в духовном мире, оплакивают уходящую душу. Точно также, как здесь — в мире людей, мы оплакиваем умершего человека.